Вышла вторая часть подкаста «Глухие в городе»

Во втором выпуске серии «Глухие в городе» вы узнаете, как глухие и слабослышащие люди становятся гидами и медиаторами, и что могут сделать учреждения культуры для создания комфортной среды для большего числа людей.

Для создания этого выпуска мы сходили в гости в образовательный центр музея «Гараж» и побеседовали с менеджером инклюзивных проектов Людой Лучковой, переводчиком русского жестового языка Ириной Гинзберг и участницей клуба Garage Up! Аней Григорян.

Текстовую версию этого выпуска читайте ниже:

 

Мария Кокова [продюсер подкастов Благосферы]: Всем привет! Это очередной выпуск подкаста «Не пустой звук». Сегодня мы находимся в образовательном центре музея «Гараж» и продолжаем говорить, как живут люди с нарушениями слуха в современной России. Сегодняшний выпуск посвящен культурной жизни: поговорим о том, как учреждения культуры могут обеспечить доступную среду для всех своих посетителей.

Люда Лучкова: Привет всем!

Ирина Гинзберг: Добрый день!

Об инклюзии и интеграции в культурных учреждениях

Мария: Когда думаешь о том, как музеи работают с инклюзией, с интеграцией, у меня сразу в голове всплывает «Гараж», потому что я, бывая на мероприятиях, видела, как какие-то лекции сопровождаются переводом на жестовый язык и была очень приятно поражена этим в своё время. Про жестовый язык мы отдельно ещё поговорим, а первый вопрос такой: как люди с нарушениями слуха воспринимают искусство? Мне кажется, что у них больше развито образное мышление, символическое. Влияет ли это на культуру потребления искусства?

Ирина: Мне кажется, что люди с нарушениями слуха точно так же, как и обычные люди воспринимают по-разному современное искусство, вообще искусство. В основном, они воспринимают визуально всю информацию, но искусство – это же чувственная вещь, поэтому здесь каждый воспринимает его не только как образ, но и насколько это ему близко, приятно. Поэтому, как и классическое искусство, так и современное искусство может быть как принято, так и не принято.

Люда: Я бы добавила, что мы в «Гараже» как не пользуемся формулировкой «нарушение слуха». Это такая терминология, к которой мы пришли в своё время. Именно потому что нам кажется, что мы таким образом очень акцентируем внимание на том, что есть человек, и у него есть какое-то нарушение. И это, кстати, относится не только к глухим и слабослышащим, но и к людям малоподвижным, передвигающимся на инвалидных колясках. Мы тоже стараемся не акцентировать внимание на этом. Я это к тому, что у нас на этот счёт есть своя позиция, и, в том числе, она выражается в наших программах. У нас есть выставочные проекты и публичная программа, и мы делаем адаптацию, переводы этих программ, проектов, выставок на жестовый язык.

Продолжая линию Ирины, мне кажется, что в искусстве очень много контекста. Особенно, в современном искусстве. И именно делая доступным этот контекст, сопровождая паблик-токи и другие события переводом на жестовый язык, а видео – субтитрами, мы просто расширяем доступ к этой информации. И это ценно, чтобы людей привлекать в «Гараж» и другие институции. Это вносит большой вклад, потому что культура становится более открытой, и люди стали интересоваться музеем. Сейчас у глухого человека нет такого вопроса – в какой музей сходить ему на выходных – потому что сейчас в Москве все большие музеи, крупные институции стараются что-то делать. Это тоже важный момент. Чем больше ты ходишь, тем больше у тебя вырабатывается насмотренность.

Чем больше музеев будут доступными – будут делать видео с субтитрами, переводы и доступные спектакли – тем больше интерес будет к этому возрастать.

Ирина: Ну и не только выходные, но и будние дни у каждого музея, занимающегося инклюзией, настолько расписаны, что глухому человеку просто остаётся выбрать для себя тот или иной музей. То есть можно каждый день куда-то сходить, не только в выходной.

Люда: Это очень позитивная тенденция.

Мария: Вы сейчас говорили про мероприятия, а если мы говорим про традиционную экскурсионную деятельность, насколько легко человеку просто прийти «с улицы» и попасть на экскурсию с сурдопереводом, например? Или только по определённым дням группы набираются?

Люда: Вы задали хороший вопрос про индивидуальное посещение глухим человеком музея. Это то, к чему мы стремимся, чтобы любой день был доступен.

1) У нас есть планшеты с переводом на жестовый язык и субтитрами перед каждым входом на выставку, где есть краткое овервью: о чём эта выставка, как она называется, кто художник и до какого числа она будет идти. Раньше это был тачскрин, но поскольку сейчас коронавирус, мы используем qr-код, чтобы люди меньше касались [поверхностей]. История в том, что там снимаются глухие актёры, и таким образом, люди могут в любой день получить минимальную информацию о выставке.

2) Билеты для всех людей с инвалидностью, и для глухих и слабослышащих, у нас бесплатны,поэтому нет экономического барьера, чтобы прийти в музей. Если к выставке есть аудиогид, мы делаем такой же видеогид. Ты можешь взять на стойке информации планшет и походить с ним по выставке. Экскурсии сейчас, конечно, по расписанию в выходной день, но почти каждую неделю. На данный момент у нас закрылись выставки, буквально два дня назад, сейчас идёт перемонтаж, но в последний день работы выставки была экскурсия на жестовом языке.

3) Расписание у нас вывешено на сайте, человек может зайти в нужный раздел [и найти его]. Очень важно, чтобы на сайте был раздел «мероприятия с переводом на жестовый язык», или у нас раздел «доступность – глухие и слабослышащие люди». Ты выбираешь доступные тебе мероприятия. Поэтому чтобы прийти на экскурсию, нужно немножко спланировать её, [чтобы не получилось] такого, что ты в любой момент придёшь, а опции такой нет. Сопроводительные материалы типа видео у нас всегда есть, и человек может самостоятельно прийти и без экскурсовода получить информацию о том, что происходит.

 

О глухих гидах, медиаторах и художниках

Мария: Я бы хотела больше узнать про экскурсоводов. Часть из них владеет жестовым языком, а кто-то является сам глухим и слабослышащим, верно я понимаю?

Люда: Да, про переводные экскурсии расскажет Ирина, а я расскажу про глухих экскурсоводов. Команда глухих экскурсоводов – это проект музея «Гараж» изначально, но в сотрудничестве с Пушкинским музеем, Третьяковкой, Музеем русского импрессионизма. Такой межмузейный проект мы готовили в течение года.

Глухих и слабослышащих людей учили навыкам чтения кураторских, искусствоведческих текстов, они сдавали экзамены у нас, и вот в течение года мы готовили их, а сейчас у них уже есть своя ассоциация, которая предлагает свои услуги разным музеям, включая «Гараж».

Мария: Очень круто!

Люда: Да, это первый способ взаимодействия. А другой способ взаимодействия – это то, что в музеях есть искусствоведы, кураторы выставок или просто методисты, которые работают в паре с переводчиком жестового языка. Немножко другая система подготовки у этого [варианта].

Ирина: Да, здесь другая система, потому что глухие гиды, как правило, ведут экскурсии по текущим выставкам либо по постоянной экспозиции. А вот уже экскурсии с переводом на жестовый язык проходят для экскурсий кураторов, рабочих экскурсий, в том числе, для глухих экскурсоводов перед выставкой. Поэтому здесь сотрудничество тоже возможно.

Мария: Я помню, в прошлом или позапрошлом году я приходила в «Гараж» на выставку, где кураторами были глухие сотрудники. Это была выставка, по-моему, посвящённая экологии, а на втором этаже было что-то типа гонгов…

Люда: А, это была выставка «Безграничный слух».

Мария: Точно!

Люда: Ну это были перформеры, может, Вадим Николаев.

Ирина: На этой выставке были медиаторы еще. Может, это медиаторы?

Люда: Да, медиаторы глухие были. Если мы говорим про «Безграничный слух», то там было зашито в канву выставки, что обязательно должны быть глухие медиаторы, которые работают со всеми посетителями. И там как раз было много про чувственное познание, про вибрации и так далее. Очень часто там глухие медиаторы водили слышащих посетителей по экспозиции, иногда даже в парк выходили. Такой вот интересный опыт. Они там были перформерами и медиаторами, и без их участия проект по-другому бы вообще развивался, а тут такое переплетение всего.

Мария: Вот такое я совсем-совсем впервые видела, когда глухие являются инициаторами для всей аудитории. И это очень крутой опыт, который нужно перенимать.

Ирина: Это действительно так. Потому что всегда это был такой менторский подход, когда у институции есть свои научные сотрудники и они с точки зрения научного познания вещают информацию для пришедших людей, просвещая и образовывая их.

Люди, которые что-то могут сделать, но с точки зрения государства не всегда могут быть востребованы, здесь, напротив, очень востребованы и очень интересны абсолютно всем.

Люда: Сфера культуры как раз очень любит экспериментировать во всяких плоскостях нашего чувственного познания, каких-то идей. И люди с опытом разной инвалидности – важные контрибьюторы для того, чтобы сфера культуры была не замкнутой, а вот эти разные опыты её обогащают за счёт своей непохожести. Это вообще мировой тренд, что культура становится более разнообразной – на биеннале, на больших выставках международных об этом тоже говорится. В этом смысле, мне кажется, московские музеи совсем не отстают.

Ирина: А еще такой опыт является очень большим плюсом для передачи социального опыта и примера для подрастающего поколения, потому что ребята, подростки и дети, которые приходят в музей, видят глухих гидов и медиаторов, которые востребованы и интересны, на которых ходят. И они понимают, что для них тоже, когда они подрастут, это место будет желанным – в музеях или другой культурной институции.

Они понимают, что у них есть больше возможностей для нахождения себя, своего «я» и будущей профессии.

Мария: Я соглашусь здесь с вами. Мне кажется, это отличный путь нарушения какой-то изоляции. Если с позиции слышащего человека: он приходит, видит, насколько глухие и слабослышащие люди могут быть включены в те же самые процессы, он начинает их видеть, и они появляются в контексте его жизни.

Люда: Да, я с этим абсолютно согласна. Все мои знакомые люди, когда видят какие-то наши проекты, говорят:

«Я уже вижу [глухих] и в метро, и в магазине – для меня эти люди стали видимыми».

Мне кажется, это очень важная репрезентация людей в искусстве, в процессах. Они могут не только условно провести мастер-класс, но они его придумывают и проводят. У нас есть мастерские, это ещё один проект «Гаража».

«Гараж» как институция поддерживает молодых художников и предоставляет им студию на какой-то срок, полгода или три месяца – в зависимости от расписания, и предлагает художникам заехать в мастерские и творить там. Нам удалось вместе с кураторами «Гаража» пригласить поучаствовать в мастерских глухих художников. И двое из них были в разных мастерских, при этом для слышащих художников мы проводили небольшие курсы жестового языка. Была такая инклюзия в художественных процессах. Мне кажется, это был очень важный опыт для резидентов мастерских, и для глухих, в том числе. Потому что они сказали, что именно в обмене художественном посмотрели практику, пообщались на какой-то лекции с художниками из других городов. И в таком котле появляются новые идеи и у тех, и у других. Мне кажется, это очень важно.

 

Об обучении жестовому языку

Мария: Вы упомянули курсы жестового языка, и я хотела бы на них сосредоточиться. Проводит ли «Гараж» такие обучающие семинары только для своих сотрудников и коллег или они более широкие, и человек, который интересуется, может тоже прийти к вам учиться?

Люда: Да, у нас неоднократно были курсы для музейных сотрудников по основам жестового языка, прежде всего. Потом на карантине был у нас один онлайн-курс из пяти занятий по «зуму» для людей из службы безопасности, людей, которые работают на стойке информации – это те, кто первыми встречает посетителей: гардероб, стойка информации, служба безопасности.

Для нас очень важно, чтобы люди могли хотя бы сказать: «можно посмотреть вашу сумку?», «здравствуйте», «спасибо», «можно ваш билет?».

Мы стараемся, чтобы все сотрудники знали [его]. Когда к нам новые сотрудники приходят, мы с ними стараемся на эту тему тоже поговорить и дать им какие-то основные жесты. Но чтобы учить постоянно кого-то – таких курсов нет.

Ирина: Но как правило, сотрудники разных музеев уже начиная работать в инклюзии понимают, что знание жестового языка им просто необходимо. И очень многие по своей инициативе идут на какие-то курсы и учат уже более глубоко жестовый язык после небольших онлайн-курсов или курсов по основам жестового языка, потому что понимают, что интересно, помогает в работе и нужно совершенствоваться дальше. И совершенствуются.

Мария: И плюс — это очень красиво.

Ирина: Это да.

Люда: И я ещё хотела сказать, что если ты не знаешь жестового языка, нет сотрудничества с переводчиками или нет человека, который знает жестовый язык, очень трудно развивать направление по работе с глухими и слабослышащими. Обязательно нужно, чтобы внутри музея понималась важность популяризации жестового языка в разных его аспектах: не только чтобы сотрудники его знали. Без программ, видео будет как раз не-доступ до информации.

 

О вовлечении подростков в жизнь музея

(во время записи к нам присоединилась ещё одна участница из клуба для подростков и мы решили поговорить об этом проекте)

Мария: Несколько месяцев назад «Гараж» открыл клуб для подростков Garage Up! В нём собираются ребята, владеющие жестовым языком. О том, что они там делают и как развивается проект, нам рассказала Люда и одна из участниц клуба Garage Up! Аня Григорян.

Люда: Сегодня у нас очередная встреча клуба Garage Up! Это проект, который мы придумали в этом году, потому что у нас уже отработаны проекты для взрослых и для детских программ, а история с подростками немножко была недоработана, как нам казалось. У нас есть семейные дни, в которые родители с детьми приходят, и нам очень хотелось, чтобы молодые люди тоже приходили в музей и более осознанно что-то творили вместе с нами.

Поэтому мы придумали такую вещь, как подростковый клуб, чтобы разные ребята из разных семей, из разных школ Москвы познакомились друг с другом, узнали секреты закулисья деятельности музея – что музей, особенно, музей «Гараж» – мы не только про выставки, у нас есть ещё архив и много всяких закадровых вещей, которыми мы занимаемся.

В конце концов, [подростки] «захватили» бы «Гараж» и предложили музею то, что на самом деле они хотят, как они вообще видят современное искусство. И поэтому мы сделали open call.

Для нас было важно пригласить на этот проект разных подростков, которые знают жестовый язык. При этом сами они могут не быть глухими и слабослышащими, но так или иначе в этой повестке, из семьи глухих.

Нам хотелось посмотреть, насколько мы можем строить мостики между одними ребятами и другими. Может быть, Аня нам расскажет, получилось это или нет.

Мария: Аня, тебе слово. Ты можешь поделиться своими впечатлениями?

Аня: Ну, в самом начале у нас было собеседование онлайн. Нам задавали вопросы, спрашивали, чем мы интересуемся, что нам нравится, про наши любимые блюда, музыку, авторов – разные были вопросы. Потом мне сообщили, что меня приняли. Первая наша встреча была онлайн. Честно, было неудобно тогда онлайн, потому что невозможно было увидеть всё и всё-таки эмоции были не те. Но потом у нас была ещё одна встреча уже оффлайн.

И я считаю, что это было лучшее решение в моей жизни – вступить в этот клуб, поэтому я очень счастлива, что сейчас нахожусь здесь.

Мария: Как классно это слышать! А расскажи, пожалуйста, как проходят встречи, чем вы занимаетесь?

Аня: Встречи, в основном, проходят здесь [в образовательном центре музея]. Всегда в конце встречи мы делаем совместное фото. Мы, в основном, встречаемся с разными работниками, с теми, кто задействован в «Гараже», чтобы узнать о них, их работе, какие у них проблемы и с чем они сталкиваются.

Мария: И сейчас у вас будет какая-то проектная деятельность. Что вы будете придумывать? Что-то для «Гаража»?

Аня: Да, нам сказали, что каждый будет придумывать свой проект. Нам дадут месяц на его создание. Один день выделят для нас в «Гараже», и мы будем представлять свои проекты.

Мария: Уже придумала, что будешь делать?

Аня: Наверное, что-то, связанное с музыкой.

Мария: Классно!

 

О создании дружелюбной доступной среды

Мария: Радостно слышать, что в московских культурных учреждениях всё хорошо, но если мы говорим про регионы, которые часто не получают достаточного финансирования, и большинство ограничены этим? Что есть из базового и посильного, с чего можно начать, чтобы обеспечить доступную среду?

Люда: Сначала нужно просто оглянуться по сторонам и сделать какое-то предварительное исследование: есть ли какое-то отделение глухих в этом городе или какой-то центр, Дом культуры, библиотека, где собираются глухие, посмотреть, какие школы есть вокруг, есть ли там университеты, которые учат переводчиков жестового языка. И походить туда ногами, позвонить или написать письмо, и сказать, что мы, маленькая галерея, или мы, культурная институция, хотели бы с вами познакомиться, пообщаться.

Эта предварительная работа в поле мне кажется одной из ключевых. Работая в поле, вы можете найти неравнодушных родителей, учителей, просто людей, которым это нравится, и они хотели бы входить в рабочую группу.

Ну и вообще, в целом, здорово, когда сами глухие говорят за себя. В начале программы тоже очень важно спросить у глухих людей: «что бы вы хотели?», «что вам интересно?», выйти на них, пообщаться с сообществом. Я бы это советовала для начала.

Ирина: Если у вас есть желание работать в этом направлении, сначала надо понять, с кем вы будете работать, познакомиться с ними. Конечно, финансирование очень важно, но важнее гораздо инициатива, понимание того, как это сделать.

А если ты не знаешь, как это сделать, то именно эти живые люди, которые могут быть заинтересованы в наших программах, и могут помочь.

Люда: Да, носители опыта, для которых вы хотите что-то сделать, будут источниками вдохновения, и я уверена, что кто-то обязательно откликнется на такую инициативу. Они же вам подскажут, где найти классного переводчика, в какое время им удобно приходить по выходным…

Ирина: И какое мероприятие им хотелось бы посетить.

Мария: А с точки зрения пространства, если мы говорим про музеи и галереи, кажется очень логичным создание видеогида. Даже если нет специальных устройств в самом учреждении, то можно записать, смонтировать и повесить тот же qr-код. Может, есть ещё что-то очевидное или неочевидное помимо этого с точки зрения дружелюбия пространства?

Люда: Мне кажется, как раз выучить фразы «здравствуйте», «можно билет?» и так далее – даже дешевле, чем видеогид. Просто научиться понимать, что, например, если вы говорите в стол, глухой человек вас не поймёт. Лучше установить с ним зрительный контакт, улыбнуться, сказать, что рюкзак можно сдать в гардероб. Вот эти маленькие вещи, то, что здесь с тобой говорят на твоем языке хоть чуть-чуть, они очень располагают к себе. Про видео – да, наверное, это более экономично, например, не размещать планшеты, а просто сделать qr-коды, но здесь все равно нужно подумать, кто вам поможет с субтитрами, и подумать, кто из носителей языка может быть на съёмке. С точки зрения продакшена видео не так легко отделаться: там все-таки должны быть люди, которые умеют работать на камеру, которые могут несколько раз, если они ошиблись, сказать то, что нужно, или наоборот, они скажут, что текст, который вы написали, не подходит, и мы расскажем по-своему. Над этим всё равно нужен какой-то мини-экспертный контроль.

Именно благодаря кооперации человека, который может заинтересоваться темой, глухого или слабослышащего, и музейного сотрудника, у которого есть экспертность в области культуры и который может подать эту информацию, и может родиться проект.

Ирина: Да, я вот точно знаю, что «Жест в музее» оказывают такие услуги региональным музеям. К ним обращаются региональные музеи для записи видеогидов, потому что они, на самом деле, являются такими экспертами в этой области. И поэтому музеи, которые не знают, как это сделать, обращаются напрямую к ним.

Люда: Это организация глухих экскурсоводов – «Жест в музее». У них есть фейсбук, они там пишут про то, в каких музеях они сейчас проводят экскурсии, и так далее.

Мария: Спасибо вам большое! Это был второй выпуск, посвящённый жизни глухих и слабослышащих людей в городе. Сегодня я была в гостях в музее «Гараж» и говорила с Людой Лучковой, Ириной Гинзберг, переводчиком русского жестового языка, и Аней Григорян, участницей клуба Garage Up!

 

Подписывайтесь на подкаст на всех основных платформах: SoundCloudApple PodcastsGoogle PodcastsВконтакте, OvercastCastbox и Pocket Casts.

Этот выпуск мы создали с использованием средств гранта победителя конкурса по приглашению «Школа филантропии» благотворительной программы «Эффективная филантропия» Благотворительного фонда Владимира Потанина.